• ВНО по украинскому языку хуже всего сдали на Западной Украине

    32-vno_650x410.jpg.pagespeed.ce.Tu4m4DjVhX

    Также плохо сдали в этом регионе тестирование по истории Украины.

    Наибольший процент участников внешнего независимого оценивания (ВНО), не сдавших ВНО по украинскому языку и литературе и истории Украины, зафиксировали в Закарпатской, Черновицкой и Ровенской областях.

    Об этом во время пресс-конференции сообщил директор Украинского центра оценивания качества образования Вадим Карандий.

    По мнению чиновника, связано это с тем, что в Закарпатской области весьма весомый языковой фактор и если рассматривать регион по числу языков национальных меньшинств, то Закарпатская область является самой разнообразной.

    Наибольший процент участников ВНО, не сдавших тесты по украинскому языку, литературе и истории Украины, зафиксирован в Закарпатской (27,3% и 29,2%, соответственно), Черновицкой (20,9% и 29,1%) и Ровенской (14,9% и 18,3%) областях.

    Украинские Национальные Новости

     

  • Имитаторы реформ. Почему Запад должен отказать Порошенко в финпомощи и безвизовом режиме

    6eb5de661cf0a4179c4e9b9a3ccd79b6

    ЕвроПравда впервые публикует статью в таком формате.

    Это editorial – текст без персонального авторства, отражающий общую позицию редакции «Европейской правды», поддержанную редколлегией «Украинской правды».

    Все время своего существования наше издание работало над отменой визового режима для граждан Украины в ЕС, став не только главным источником новостей в этой области, но и одним из «адвокатов безвизового».

    Даже в самые трудные времена на рубеже 2015 и 2016 годов, когда парламент саботировал реформы, а правительство углублялось в коррупционные скандалы, эксперты и журналисты убеждали европейских политиков: недопустимо терять веру в Украину. Европейский выбор – настоящий, а предоставление «безвиза» лишь поможет стране выполнить свои обязательства.

    Поэтому главный сигнал нашей статьи может удивить многих.

    То же самое касается $3 млрд от МВФ и 1,2 млрд евро макрофинансовой помощи от ЕС. Хотя у нас нет больших сомнений, что международные доноры и без нашего призыва не будут выделять средства стране, за неделю совершившей столь стремительный разворот в вопросе борьбы с коррупцией.

    Такое радикальное изменение нашей позиции – не случайность.

    Хотя путь выхода из кризиса есть, и о нем — ниже.

    Почему сейчас все иначе

    До сих пор главными механизмами противодействия реформам со стороны первых лиц государства и ведущих политических групп было торможение и имитация. Или реже, когда очень было нужно — откровенное нарушение обязательств.

    Такой изящный механизм, как «фальсификация реформ», был скорее оружием более мелких лоббистов – таких, как группа Пашинского, которая долгое время пыталась и до сих пор пытается протолкнуть коррупциогенные законопроекты под вывеской проевропейских изменений. Большое число таких инициатив до сих пор удавалось отбивать.

    У ведущих политиков, видимо, срабатывал инстинкт самосохранения.

    Антидемократические изменения под европейской вывеской были обычным приемом режима Януковича, и переносить их в новую реальность не хотелось. Хотя были случаи, когда правительство Яценюка тоже пыталось воспользоваться этим приемом, но они оказались неудачными, и в конце концов завершились отставкой Кабмина.

    Но в минувшие выходные мы снова пересекли черту.

    Нет сомнений, что спецоперация Госспецсвязи по умышленному срыву аттестации системы была одобрена на высоком уровне. Так же очевидно влияние «сверху» на главу НАПК Наталию Корчак, которая в эти дни неоднократно меняла свою линию.

    «Европейская правда» в выходные опубликовала статью Сергея Сидоренко, в которой назван политический куратор госпожа Корчак и главы ГСЗ Леонида Евдоченко. Оба должностных лица входят в группу влияния секретаря СНБО Александра Турчинова. После публикации материала в редакцию поступило еще несколько свидетельств того, что наш вывод – правильный.

    В воскресенье мы отмечали, что роль Порошенко еще требует уточнения, ведь игроки президентской команды публично выступили против запуска «неполноценной» системы. Да и сам президент в четверг обратился к народу по этому поводу, хотя его заявление допускало двоякое прочтение.

    К сожалению, сейчас появляется все больше признаков того, что президент если не инициировал, то, по крайней мере, поддержал линию фальсификации реформ.

    В понедельник штатные пропагандисты АП начали публичную кампанию по доказыванию того, что е-декларации работают как положено, и события минувших дней – это настоящая «перемога».

    Правда, читатели соцсетей им не слишком верят – лента комментариев под постом Тараса Березовца это ярко иллюстрирует.

    Одновременно источники из АП начали контактировать с журналистами, оправдывая запуск системы – мы получили несколько свидетельств коллег о таких контактах.

    Еще один весомый показатель – позиция члена НАПК по неформальной «президентской квоте» Руслана Радецкого. В субботу он был против запуска фейковой системы деклараций, а в воскресенье – не имел возражений и даже поддержал заявление агентства в поддержку действий ДССЗЗИ. Правда, руку во время голосования он поднял последним, не без колебаний.

    Ответ на вопрос, когда и почему появилась эта поддержка – важный, но не главный.

    Нам часто кажется, что 2013 год был недавно, что его уроки были довольно показательными и должны быть хорошо усвоены всеми.

    Кажется, будто для всех должно быть очевидным, что именно циничная и системная ложь режима Януковича, в конце концов, привела к Революции достоинства.

    Представляется, что Запад неоднократно доказывал: он прекрасно различает белое и черное и хорошо видит ложь Киева, даже если не заявляет об этом публично.

    Но события последних дней доказывают: многие на Банковой этого так и не осознали. Или забыли.

    История с псевдозапуском системы е-декларирования служит наилучшей иллюстрацией. Запуск этой системы для официального Киева (и, в частности, для Порошенко) является не так самоцелью, как инструментом, который позволит получить многомиллиардные транши и безвизовый режим, а впоследствии – пропиариться на этом. Это также инструмент для сохранения хороших отношений с Западом, ведь сейчас, без четкой перспективы безвиза, Киев не может согласовать с Брюсселем даже дату саммита Украина-ЕС.

    Уже сейчас известно, что ЕС вполне прогнозируемо не поверил Киеву. Запуск псевдосистемы электронных деклараций стал катастрофическим пиар-провалом лично Порошенко и власти в целом – и внутри страны, и на Западе.

    Потери от событий выходных лично для президента многократно превышают выгоду от того, что у нескольких десятков людей из его команды будет больше времени для сокрытия незаконно приобретенных доходов.

    Так что же произошло?

    Советники президента не предупредили его о последствиях?

    Или на Банковой утратили чувство реальности и уверяли Порошенко, что он сможет «пропетлять»?

    Или он сам, имея информацию, принял неправильное решение?

    Ответ на это вопрос мы вряд ли узнаем, однако у президента еще есть пространство для маневра. Ликвидировать все потери уже невозможно (для этого Порошенко и/или его команда должны были опомниться, по крайней мере, в воскресенье и заблокировать запуск системы до получения сертификата). Но еще есть возможность минимизировать проблемы.

    План эффективных действий власти – если, конечно, она хочет решить проблему, а не имитировать решение – достаточно очевиден.

    – Президент должен признать критичность ситуации с е-декларированием и взять решение проблемы под личный контроль и ответственность.

    – Правительство, президент и НАПК должны совместно найти путь для остановки несертифицированной системы. Учитывая, что ее запуск без сертификата напрямую нарушает законодательство, это решение возможно и оправданно.

    – Правительство должно наказать виновных в намеренном создании проблем с сертификацией. На время служебного расследования Леонид Евдоченко и Наталия Корчак должны быть отстранены от руководящих должностей (в отношении Корчак речь идет об отстранении от обязанностей председателя, а не члена НАПК, иначе агентство потеряет кворум). Такое отстранение — безусловное правило западной политики; давайте хоть сейчас заимствуем эту практику.

    – Руководство государства вместе с ДССЗЗИ, НАПК и другие участники процесса должны разработать реалистичный пошаговый план выхода из кризиса с четкими временными границами, который позволит запустить полноценную систему е-декларирования уже в ближайшее время.

    Выполнение этих непростых, но крайне необходимых шагов позволит вернуть доверие Запада, восстановить безвизовую перспективу и снять опасность срыва финансирования со стороны ЕС и МВФ.

    Руководство государства должно наконец уяснить, что честность — лучшее оружие, а ложь на официальном уровне в конечном счете приносит государству гораздо больше вреда, чем пользы.

    И именно в этом причина принципиальной позиции редакции, о которой говорилось в начале.

    О том, что только реформы, только необратимые системные изменения во всех отраслях способны привести Украину к успеху, говорилось сотни раз, и никто – ни руководство страны, ни лидеры мнений, ни западные партнеры не ставят это под сомнение.

    Подмена реформ их имитацией, а тем более – фальсификацией, лишь загоняет государство глубже в кризис и крадет наше будущее.

    Это движение можно остановить, пока не стало поздно.

    И, наконец, стоит предостеречь украинскую власть от еще одной типичной ошибки, которая может произойти потом.

    Когда выяснится, что ЕС действительно затормозил безвиз и остановил финансирование из-за августовских событий, не стоит перекладывать ответственность за это на журналистов и гражданское общества. Как бы вам ни хотелось это сделать.

    Евромайдан начался не из-за того, что СМИ и оппозиция «непатриотично критиковали власть», а из-за того, что власть насиловала страну. Даже если представители режима доказывали обратное.

    Не надо повторять их ошибок.

    Авторы:

    редакция «Европейской правды»,

    редколлегия «Украинской правды»

     

  • Швеция вводит 6-часовой рабочий день – чтобы люди были счастливее

    1_669

    Работодатели по всей стране, включая дома престарелых, больницы и мастерские по ремонту автомобилей, внедряют изменения.

    Швеция переходит на 6-часовой рабочий день. Страна хочет таким образом повысить производительность и сделать людей счастливее, – информирует издание The Independent.

    Согласно веб-сайту Science Alert работодатели по всей стране уже ввели изменения, целью которых является сделать больше за более короткий промежуток времени и обеспечить то, чтобы люди имели энергию, чтобы насладиться своей личной жизнью.

    Тойота-центры в Гетеборге, втором по величине городе Швеции, перешли на эту систему 13 лет назад. Компания утверждает, что это привело к тому, что сотрудники стали счастливее, текучесть кадров более низкая, а прибыль выросла.

    Filimundus, разработчик приложений с головным офисом в столице Швеции Стокгольме, ввел 6-часовой рабочий день в прошлом году.

    «8-часовой рабочий день не настолько эффективен, как считается», – сказал генеральный директор компании Линус Фельдт.

    «Оставаться сосредоточенным на конкретном рабочем задании в течение 8 часов является огромной проблемой. Для того, чтобы справиться с ней, мы переключаемся на другие вещи и делаем паузу, чтобы сделать рабочий день более терпимым. В то же время, трудно управлять нашей личной жизнью вне работы».

    Господин Фельдт сказал, что сотрудникам не разрешается заходить на социальные сети, рабочие встречи сведены к минимуму и другие отвлекающие факторы в течение дня ограничиваются. Цель состоит в том, чтобы сотрудники были более мотивированы работать интенсивнее в офисе.

    По его словам, новый рабочий день позволяет людям иметь достаточно энергии для того, чтобы продолжать свою частную жизнь, когда они оставляют работу.

    Согласно Science, врачи и медсестры в некоторых больницах страны также сделали шаг к 6-часовому рабочему дню.

    Дома для людей преклонного возраста в Гетеборге перешли на 6-часовой рабочий день ранее в этом году и будут проводить эксперимент до конца 2016 года, чтобы определить, имеет ли смысл стоимость найма новых сотрудников для покрытия утраченных часов.

    ZIK

  • Украина 2016. Ч. III: Третьего Майдана не будет

    hqdefault (1)

    Во Львове можно жить на Коновальца, Донцова, Стеки, или, чтобы не размениваться, просто на Героев УПА. Эта длинная улица начинается в живописном торгово-жилом квартале и ведет к началу исторического центра, который в теплую и солнечную погоду наполняется туристами уже рано утром.

    Там, где улица Героев УПА доходит до улицы Степана Бандеры, где трамвай, который помнит еще советские времена, протискивается между каменками периода поздней Австро-Венгрии, маршрутка останавливается перед костелом святой Эльжбеты —  неоготическим, построенным в честь «несчастного мужа Францишка Юзефа». Собственно, это уже не костел, хотя так его сентиментально называют польские путеводители с 1991 года, это греко-католическая церковь святой Ольги и Эльжбеты. Именно эта окраина выбрана для строительства памятника Степану Бандере.

    Памятник — это краткий курс актуальной истории Украины, согласно здешнему IPN-у. На четырех столбах написаны названия четырех украинских государств, которые гражданин должен помнить и чтить: Киевская Русь, Козачина, Украинская Народная Республика 1918-1921, Украина 1991. Перед ними — Степан Бандера. Если бы не он, если бы не Организация Украинских Националистов и ее вооруженное плечо, УПА, воюющая с Советами, не было бы свободной Украины. О других действиях ОУН — о сотрудничестве с Германией, об истреблении поляков на Волыни и Галичине — гражданин помнить не должен. Аналитик Фаддей Ольшацький, описывая украинскую декоммунизацию, констатировал, что частичное забвение неизбежно, как незначительный побочный эффект патриотической консолидации народа.

    Судя по числу желающих сфотографироваться с Бандерой, патриотическая консолидация идет очень хорошо. Выстраивается перед памятником школьная экскурсия. Затем освобождают место для группы мужчин в мундирах. Им общего снимка мало, и некоторые, хотя руководитель группы явно выходит из терпения, возвращаются сделать еще по индивидуальной фотографии. За солдатами отправляются на селфи две девушки, хоть минутой раньше они сетовали, что какой-то не сильно героический Бандера — без оружия. Не так его они себе представляли. Затем минута перерыва и появляются японские туристы. Обфотографировали костел-церковь, и без монументального памятника не обойдутся, хотя, не зная украинского, вряд ли поймут до конца, кто это и зачем.

    С точки зрения подхода к туристам, Львов не должен беспокоиться ни  о какой интеграции в Европу. Есть отличные планы Старого Города, двуязычные доски при памятниках, закусочные фаст-фуд с едой от местной кухни до пиццы, разнообразные напитки. Только главный мотив гаджетов какой-то малоевропейский, собственно даже малольвовский, ведь этот город гордится, что на протяжении веков вместе жили здесь русины, поляки, евреи, творя каждый свою культуру, при этом, не изолируясь, не закрываясь. А между тем туристам предлагаются не только невинные магниты на холодильник с церковью и футболки, на которых среди памятников города шарят Миньйоны, не только феерия разноцветных вышиванок. На вешалках господствуют футболки с гордой, голубо-желтой надписью «Украина», с трезубцем, с эмблемой ОУН или со всем сразу. Самый новый замысел — это серый волк. Представляет отважных боевиков УПА, воюющих с коммунистами до конца, даже когда ситуация безнадежна, за независимую Украину. Звучит знакомо?

    Я смотрю на число ларьков и кучи товара. Кто-то в этот туристический националистический бизнес много инвестировал. Посчитал, что на раскрутке антагонизма, подливании оливкового масла в огонь, насмешке над серьезными вещами можно прекрасно заработать. Поэтому к футболкам можно добавить стеклоочиститель с печальным лицом Владимира Путина, туалетную бумагу с президентом России или, что уже неактуально, с Виктором Януковичем. В завершении шопинга визит в соответствующую закусочную «Хутин Пуйло».

    Я разговаривала в Киеве с Владимиром Шевченко, политологом, представляющим интересы Союза Левых Сил. Он смотрит на растущую армию людей, которые хотят быть как бандеровцы и воевать с Россией, с разных сторон, потому что помимо политологического образования, имеет также диплом по психологии. Я прошу себе представить, говорит, молодого и сильного мужчину без больших перспектив. Без образования, без работы, или с работой типа водитель или сторож. Он хотел бы быть кем-то, ну, а кто бы не хотел? И вот появляется у него шанс податься в военные или националисты. Поехать на передовую в рядах Айдара или Азова, или еще какого-нибудь формирования, которое подчиняется олигархам, потому что ему очень подходит этот тип деятельности. Повоюет, а потом вернется, с богатым жизненным опытом, с оружием в руках и с полной безнаказанностью. Или даже не поедет, а останется в родном городе, с побратимами, спаренными общей идеей. Легко такого убедить в вере в Бандеру или в белую расу. Защищать отечество от коммунистов или геев – от каждого, на кого укажет олигарх, спонсируя свой боевой отряд, или украинские спецслужбы, поощряющие их возникновение. Этого защитник отечества уже не понимает, но также не испытывает потребности понимать. Важно, что организация дала ему какую-то цель в жизни, идею и позицию.

    Пока защитники отечества относительно под контролем, комментирует Владимир. Правительству, службам, влиятельным олигархам удается направлять их агрессию в ту сторону, которую они выбирают. Заговоры, нападения, акты вандализма случаются там, где  правительство это позволяет. Если дело может стать очень громким и испортить тщательно изваянное изображение новой Украины, боевикам сходить с ума уже не разрешается.

    Наверное, поэтому, я думаю, 12 июня на Параде Равенства в Киеве полиция задержала значительную группу правых активистов, которые ранее грозились, что устроят извращенцам кровавую баню. А члены обиженного батальона Айдар шли парадом, рассказывая журналистам, что не имеют ничего общего с геями и лесбиянками, но ведь борются за свободную Украину для всех.

    Проблема в том, напоминает Владимир, что агрессивных ребят, которые однажды получили оружие в руки, трудно отследить. Уже сейчас случаются индивидуальные выходки, которые спонсоры данной организации отнюдь не поручали. Бывают драки одних патриотов с другими, чему власти не противятся: пусть имеют люди занятие, было бы хуже, если бы они сели вместе и начали рассуждать, что в этой стране становится все хуже. Случается, что патриотизм соединяется с обычным бандитизмом,  как будто  это было уже перед Майданом, но тогда меньше было и фанов Бандеры. И ситуация, в конце концов, выскользнет из-под контроля.

    С начала войны на Донбассе по причинам, не связанным с боевыми действиями, погибло на украинской стороне почти 1300 человек. Убили их не россияне, а только недостаток дисциплины.  Признает это в своих докладах украинская военная прокуратура, пеняет на злоупотребление алкоголем, психологическую неуравновешенность, отсутствие специальной подготовки. Но во Львове война на востоке – это святая защита, ребята, воюющие под знаком трезубца — герои. Почти в каждой церкви — снимки Небесной Сотни и солдат, которые не вернулись из-под Донецка, Мариуполя, Дебальцево. Перед фотографиями свечи. На богослужениях, утром или вечером, много верующих. Молятся о победе. Не о мире, только о победе. Все мои собеседники соглашались, что если в Киеве можно найти людей, которые готовы на подписание мира, лишь бы война закончилась и украинцы не умирали, то во Львове не хотят об этом слышать. Верят, наперекор политологам, не рассматривают вообще вариантов замороженного конфликта.

    С негодованием отвергли бы возможность будущего, о которой рассказал мне Владимир. Распад Украины. Конец. Истощение потенциала государства, которое в 1991 году возникло из частей с разной историей, и руководство которого немного сделало, чтобы их сблизить. Восток и часть юга могут отойти России. Запад — Польше. Буковина — Румынии. Закарпатье охотно примут венгры. Остается несколько центральных областей, Правобережье, польско-русская кость несогласия. Это не фантазия, говорит Владимир. Рассказывал, что когда он еще работал в государственной администрации, в министерстве внутренних дел, взвешивал сценарии падения украинского государства и оценивал меры, которые нужно принять, чтобы защитить страну перед этими угрозами. Получается, чтобы государство прекратило существовать, нужна секвенция внутренних и внешних конфликтов, точно таких, которые потрясают эту страну с 2013 года. А власть только усиливает хаос и не решает никаких проблем.

    Не хочется мне верить в польский Львов XXI века. Не хочется мне также верить в то, что эти самые олигархи, которые так удобно примостились в независимой Украине, спокойно позволят ей распасться на куски. Нет, не из-за патриотизма, который выражается в запугивании инакомыслящих и ношении футболок с волком, которые так охотно спонсируют. Из-за экономического расчета, который скажет им работать на Украине, а не способствовать захвату ее восточных областей, чтоб на их дороге к неконтролируемому обогащению не стояли ни Владимир Путин, ни олигархи из России.

    Частная собственность — вещь святая, комментирует Владимир. Олигархи останутся при своем. Факт, но если Украина перестанет существовать, то они уже не должны будут чем-то жертвовать. Но к их состояниям никто не подберется. Что украли, то их, в конце концов, спокойно выйдут на заслуженную пенсию.

    Люди уже понимают, что Майдан немного изменил. Больше энтузиазма осталось у молодых, они мало помнят об оранжевой революции, первом Майдане разбуженных и разочарованных надежд. Тому, кто тогда не разочаровался, легче верить, что второй Майдан действительно начал что-то большое, даже если дорога перемен очень тяжела. К сожалению, вера сталкивается с повседневностью и постоянно прибывает недовольных, разочарованных, угнетенных тем, что на Украине все труднее просто жить.

    И третьего Майдана не будет, заключает мой собеседник. Каждый из Майданов был организован, представлял какие-то принципы, для одних серьезные, для других показушные, но все-таки. Неважно, что протестующие знали, на что действительно повелись, не имеет значения, кто дергает за веревки,  кто что планировал, хоть и не всегда удерживал контроль над ситуацией. Олигархи, которые давали деньги на сцену или напутствовали Правый сектор, имели конкретный замысел и конкретную цель. Если бы должен был вылиться гнев на нынешнюю власть, не было бы ни лидеров, ни организованного лагеря протестующих, -только анархия, слепая деструкция, хаос. Никто над этой массой вооруженных людей не воцарится.

    Я добавляю: а тот, кто выигрывает, не будет уже иметь, чем править.

    ***

    Елена не говорит об Украине иначе, чем с грустью. Даже когда хочет мне сказать что-то положительное, когда убеждает меня, чтобы я не поддавалась иллюзии, чтобы я не думала, что в этой стране царит ксенофобия. Это не так, говорит, здесь всех уважают, никто не делает проблемы из религии или языка. Можно свободно говорить на независимой Украине на украинском языке, а если кто-то учился дома говорить по-русски, — то пожалуйста. И неправда, когда порой пишут, что во Львове никто не даст вам на улице отозваться по-русски, потому что сейчас же появятся патриоты и атакуют вас.

    Елена из тех, кто стоял на Майдане. Пришла в конце ноября и осталась даже тогда, когда стало действительно опасно. Верила, что победят, а затем Украина будет хоть немного лучше? Наверное, была убеждена, что поступает правильно, что так и нужно. Пришла не поддерживать общество, не для того, чтобы прогонять Януковича. Просто не вынесла того, как милиция разгоняла студентов, которые вышли на митинг за интеграцию. Нестрашных, комнатных, мирно настроенных молодых людей, собственно, детей. Таких, которые чуть моложе ее сына, который закончил обучение в Польше, хотел возвращаться на Украину, но не нашел ни одного толкового занятия и уехал назад. Живет в Лодзи, имеет счастье работать по специальности. Так же, как и Елена, которая является экономистом, имеет хорошую работу в строительной фирме. Чувствует она себя неплохо, даже теперь, когда все вокруг дорожает, когда все больше людей с трудом удерживаются на поверхности.

    Елена является одной из тех, кто стоял на Майдане, но также одной из тех, кто теперь хочет мира. Никогда не поверит в то, что Украина может сама выиграть войну или правильно ее вести, потому что люди утверждаются в патриотизме, когда есть враг. Лично убедилась, что представляет собой война. Ее брат погиб от пули снайпера. Был военным прокурором, должен был поехать на восток. Похоронила его несколько недель назад.

    Боль свежая. У Елены ломается голос, когда она вспоминает следующие события: Майдан, огонь, потом войну, потерю близкого человека, траурные богослужения на площадях Западной Украины. Просит не думать и не писать, как другие, что в Украине идет гражданская война. Это не гражданская война, это агрессия, российская агрессия. И если бы не наши добровольцы, наши ребята с запада, россияне уже сегодня были бы под Киевом.

    Украинцы храбрые, готовые сражаться за свою страну. Многих из тех, кто не пошел на фронт, также не бездельничают, стараются менять окружающий мир. Особенно молодые активные, убеждает меня Елена, интересуются политикой, хотят понимать, что происходит с их страной. А власть? Власть такая, как раньше. За примерами не нужно далеко ходить. Моя собеседница рассказывает мне о своей фирме. Ее шеф, бывший многократный депутат Верховной Рады, после Майдана свернулся и уехал. Потому что хорошо знал реалии и понимал, что политическая деятельность годами защищала его от ответственности за коррупцию, а теперь она будет поводом, чтобы именно за коррупцию его наказать.

    Допускает пани возможность, что Майдан, этот массовый протест, также был в каком-то смысле манипуляцией? Что олигархи тогда воспользовались народным гневом для собственных целей? Я осмеливаюсь спросить, хоть и допускаю возможность, что она возмутится, начнет меня убеждать, что ничего я не понимаю. Но нет. Могло и так быть, отвечает Елена с грустью в голосе. А потом вспоминает людей, которые раньше, в течение 90 лет, и позже, пробовали бороться за демократию, права человека, пеклись об общем благе, и которые пропадали без вести или были найдены убитыми неизвестными.

    Того, что Украина может даже распасться, Елена также не отрицает. Не знает, что будет с ее страной. Не знает, что будет с ней самой. Знает польский, шведский, могла бы уехать. Но всегда легче сказать «уехать», чем действительно покинуть страну, где живет среди своих, близких — живых и покойных, воспоминания всю жизнь.

    Ты знаешь, говорит, что, видимо, спасло бы в данный момент Украину? Настоящий военный переворот. Полнота власти в руках людей, которые действительно любят эту страну и желают ей добра. Не таких, как в Верховной Раде, а тех, кому действительно интересна Украина. Ближайшие выборы? Я не знаю, за кого я буду голосовать, я не знаю, будет ли за кого. Я не знаю, стоит ли вообще приходить.

    Strajk.eu

  • Украина 2016. Ч.І. Деревья на Институтской

    original

    Более двух лет назад все польские медиа жили Украиной. Согласие общества, протесты, диктатура Януковича, «Беркут», договоренность, подписанная с участием министра Сикорского. Сцена, революция, транслируемая непосредственно в интернете. Карнавал свободы перерождается в кровопролитную драму. А потом вдруг победа. Выиграли наши, прогнали плохих — марионеток России. С тех пор должно было быть только лучше. Как же могло быть иначе?

    Киевская улица Институтская — это степенная улица. В стиле царской России. Ряды эклектичных и модернистских каменок, удивительное здание старинного Института благородных девиц, монументальный Национальный Банк Украины, несколько частных резиденций с садами. Институтская выходит на Майдан, то есть Майдан Независимости. Ближе к Майдану атмосфера старинной России меркнет, потому что над улицей начинает доминировать соцреалистическое здание отеля «Украина». Но прежде чем прохожий или турист совсем почувствует себя как в Советском Союзе, он увидит их лица.

    Лиц там почти сто. Усатые парни и несколько молодых ищущих мятежников с расхристанными волосами, немало самых обычных ребят улыбается со снимков. Есть и те, которые очень хотели драться, они в военной одежде с капюшонами на головах. Одна молодая девушка. Это Небесная Сотня, жертвы Евромайдана, бойцы за достоинство и свободу Украины, посмертно объявленные ее героями. Как нам говорят украинские, иногда и польские медиа, это люди, которые спонтанно бросили все, пошли на баррикады прочь от обычной жизни, чтобы выгнать диктатора Виктора Януковича, искоренить остатки коммунизма, войти в Европу, изменить свою страну к лучшему.

    В этой части Институтской, названной Аллей Героев Небесной Сотни, должен стоять памятник им. Молодые девушки собирают пожертвования на его строительство, обращаются к прохожим, продают желто-голубые ленты. Пока здесь временный памятник. Кроме снимков —  фрагменты баррикад, каски, крест, карточки со стихами о борьбе и свободе. Место памяти — это информационная доска на украинском и английском языках. Есть еще деревянная часовня, но она маленькая и погибает среди соцреалистической архитектуры.

    Близким некоторых Героев доска и фото в одном ряду с другими павшими кажутся недостаточными. Снимки многих погибших с краткими биографиями размещены на деревьях вдоль Аллеи. Своего павшего имеет каждое дерево, к которому прицепили карточку. Но не все себя для этой цели планировали, поэтому около старых каштанов и менее эффектных лип по обеим сторонам улицы растут молодые двухлетние деревца.

    Именно на деревья на Институтской советует мне обратить внимание Максим Шпаченко, журналист и правозащитник. Именно они, говорит, лучше всего свидетельствуют о том, что с Майданом было что-то решительно не так. Молодые деревья на Институтской появились именно тогда, когда Янукович сбежал. Побеги прорезались именно там, где были следы пуль после трех самых кровавых дней, от 18 до 20 февраля 2014 года. Почему новым руководителям это было важно? Не потому ли, что на основании следов пуль можно было установить их направление, указать место выстрелов, а затем определить, откуда собственно стреляли? Кто стрелял? Кто сделал так, что за три дня и ночи было больше жертв, чем за  предыдущие три месяца протестов? Но действительно никто этого не исследовал и не сделал выводов. Похоже, что новая власть имеет серьезные секреты, а версия событий, которую она поведала миру, очень натянута.

    А мир поверил. Залюбовался украинской революцией достоинства и, прежде всего тем, что в эпоху падения веры в европейские ценности кто-то хотел во имя их рисковать жизнью. Теперь западному миру, тому, который называется демократическим, продается продолжение истории. О строительстве гражданского общества. Об ответственной власти, которая воюет с коррупцией и внедряет необходимые реформы. Об удалении реликтов злодейского коммунизма. О доблестном отражении российской агрессии.

    Максим с горьким удовольствием человека, в свое время верно предсказавшим развитие событий, указывает, что самое красноречивое в истории не уместилось. Хотя бы закон, ограничивающий свободу слова и свободу собраний. Когда 16 января 2014 его приняли люди Януковича, Европа закипела от возмущения. Говорили о драконовском праве, о диктатуре, но не обратили внимания, что нынешняя власть, прежде всего, отозвала закон Януковича, а потом без огласки ввела свой. В экстренном порядке. Закон января 2014, что бы о нем ни говорили, был принят в соответствии с процедурами. Новый, еще более жесткий, был введен молниеносно.

    И он является мертвым: президент Порошенко не позволяет не только новый Майдан, но даже меньшее — собрание недовольных его правительством. Следующий пламенный девиз — борьба с коррупцией. Как будто президент-олигарх и его люди должны были за нее браться… Так появились общественные организации, которые хотели в этой сфере что-то наладить. Только вот их сила действия ограничена. Например, гениальный замысел борьбы с коррупцией в администрации — это привлечение экспертов из-за рубежа. Прежде была мода на грузин. Теперь ослабла, украинцы успели убедиться, что те больше обещали, чем реально сделали. Ныне в топе поляки, и прежде чем замысел с чужеземцами скомпрометирует себя до конца, наверное, свой шанс получит еще несколько национальностей. Может и не коррумпированные, может, некоторые из них имеют хорошие намерения, но они не знают реалий, общественных отношений, увы, не знают даже местного права. Как должны они что-нибудь наладить?

    Или декоммунизация. На западе взбудоражены падающими памятниками Ленину, а на самом деле новой власти не хватило духу, чтобы исключить из общественной жизни левые группировки.  Даже те, которые с давних пор существовали только для видимости. На основании новых положений в декабре 2015 объявлена вне закона Коммунистическая  Партия Украины. Она далека от идейного социализма, однако популяризировала определенные символы и содержание, связанные с прошлой эпохой, когда жизненный уровень украинцев был выше. Социалистические партии теоретически действуют дальше, но разделены и рассорены изнутри, не имеют никакого влияния на реальность. Профсоюзное движение? Максим качает головой. Есть центральное управление, некоторые организации относятся даже к международным объединениям. И что с того? На практике они не могут ничего.

    Вся история новой Украины — это одна большая игра видимости. Правдой, говорит Максим, является собственно только одно: то, что Янукович сбежал, и его окружение рассыпалось. Но место у власти заняли новые олигархи. Порошенко не один десяток лет мечтал о должности президента. Чтобы богатеть, а не для того, чтобы ремонтировать страну. Направлялся к цели последовательно. Когда представилась возможность, вместе с другими олигархами инвестировал в организацию протеста. Да, люди имели повод, чтобы выйти на улицу даже без поощрения. Но без денег олигархов не было бы эффектной сцены, музыкальных коллективов, атмосферы доброй забавы и сотен людей с оружием, очень хорошо как для спонтанных манифестантов, подготовленных к вооруженной конфронтации.

    Из игры видимости украинцы создают себе занятие, констатирует мой собеседник. Не доверяют никому из нынешнего политического класса. Если вообще идут на выборы, то собственно только с ощущением, что кто-то, однако, в органах власти заседать должен. Голосуют без веры в то, что избранник изменит что-нибудь к лучшему. Но Максим все-таки в перемены верит. Пригласил меня в офис партии, в которой действует, которая, по его мнению, может эти перемены внести. Мы сидим на фоне баннера с надписью «Союз Левых Сил». На двух языках, украинском и русском, поскольку партия адресует свою программу  всем, независимо от происхождения и убеждений, а не заигрывает с другими в поп-патриотизм. Мой собеседник говорит о важном: о национализации предприятий, о необходимости создания законов, исцеляющих экономику, о подлинной децентрализации власти в государстве. О том, что нужно использовать географическое положение Украины так, чтобы страна была платформой между Европой, Россией и Китаем, а не орудием в антироссийской борьбе. Пока активисты говорят обо всем этом вне парламента. На последних выборах в Верховную Раду СЛС еще не стартовал, а на выборах в местные органы самоуправления, партию поддержало 4,6% голосующих. Но это уже успело обеспокоить группировку Порошенко.

    О том, как сильно нынешней власти не нравятся левые, мне рассказывает глава Союза Левых Сил Василий Волга. Достаточно послушать его несколько минут, чтобы начать понимать, что партийный офис — безопасное место для встречи. Против СЛС, говорит политик, власть использует наиболее беспардонный ресурс. Например, боевые отряды крайнего правого толка. Возникают и действуют они с согласия и за деньги украинских служб, между прочим, для того, чтобы атаковать левых активистов. Если люди из СЛС едут куда-нибудь на встречи, им грозит непосредственная опасность. Избиение, уничтожение имущества, даже смерть. Правые боевики на Украине безнаказанные. Один из них бросил гранату в полицейских перед Верховной Радой: убил четырех человек, нескольких ранил.  Весь инцидент записали видеокамеры, а виновный публично хвастался своей доблестью. Его выпустили из-под ареста, когда он пообещал, что больше гранатами бросаться не будет. Но что было бы, если бы агрессию проявил представитель левого формирования? Даже если бы он просто попытался защищаться?

    Поэтому активисты пытаются защищать себя иначе. Прежде чем поехать куда-нибудь, ориентируются, выясняют, не собираются ли на месте украинские патриоты. В моем присутствии в кабинет Волги входит сотрудник: именно такую разведку собирается выполнить.

    Европа долго наблюдает за Украиной. Так, в Брюсселе дальше поддерживают Порошенко, дальше верят в историю о Майдане. В конце концов, придется в определенном смысле понять: когда раз поверили и убедили общественное мнение, что на Украине появились ответственные политики, готовые включиться в антироссийский сценарий, трудно изменить мышление и принять к сведению, что дело идет с обычными аферистами. Но в Европе заботятся также о политическом плюрализме, хотя бы мнимом. Разгон митингов социал-демократов фашистскими боевиками далек от европейских стандартов. Если  политики из Европы будут пристально наблюдать за активностью левых, власти три раза задумаются, прежде чем позволят Правому сектору или другим боевикам устроить бойню.

    Итак, Волга ездил в Брюссель, рассказывал, как есть, приглашал в Киев. И уже удалось. На весеннем конгрессе Союза Левых Сил, на котором партия проголосовала за нынешнюю программу, были гости из-за рубежа. Организаторы дали об этом знать полиции. Там не могли поверить, что действительно кто-то интересовался съездом левой группировки. Затем гарантировали охрану, и это не шутка. Не было никаких нападений, угроз, эксцессов. Удивительный контраст по сравнению с ситуацией в Херсоне, где приема гостей из Европы не было. Боевики не успели, правда, атаковать активистов СЛС, но полностью разгромили помещение, в котором проходила встреча. Полиция делала вид, что ни о чем не знает.

    Только программа СЛС, говорит Волга, даст Украине надежду на будущее. Если все останется по-старому, страна просто упадет. Но так быть не должно, изменение может наступить уже после ближайших выборов. Или опять выигрывают олигархи,  и тогда будет только хуже, или люди проголосуют за левое движение. Поймут, что патриотизм новой власти был комплектом пустых обещаний и выскажутся за общественную справедливость. В своей собственной стране.

    Strajk.eu

  • Украина 2016. Ч. II. Приднестровье в Донецке, Бандера в Одессе

    detail_f020be288bbdbcde333d57019ab47237

    Дмитрий Галкин любит Киев. Это видно. По дороге к месту, где можно спокойно сесть и поговорить, каждую минуту привлекает мое внимание ко всем зданиям, которые проходим. Неоготическая каменка — первый жилой дом в этом стиле в городе, построенный для богатого поляка. Знает пани, сколько поляков проживало в Киеве в XIX веке? Дом Актера, об ориентальной архитектуре которого мой товарищ спешит сообщить, что это древняя караимская кенасса, удостоверившись, что я понимаю, кто такие караимы. «Они прошли, а актеры остались», — заключает он с ностальгической улыбкой. Спрашивает, какие из известных памятников я успела увидеть перед нашей встречей. Понравился ли собор Святой Софии? Была ли пани на колокольне? Прекрасно!

    Украину Дмитрию нет повода не любить. Имеет работу, хорошую, живет лучше, чем рядовой гражданин этой страны. Конечно же, хотел бы, чтобы все изменилось, чтобы было всем лучше. Но как политолог оценивает ситуацию трезво. Государство не обращает сегодня внимания на граждан. А есть еще люди, которые помнят, что в Советском Союзе жилось лучше. Не безумствовала безработица, работала промышленность, выше были средние заработки. Люди понимают, что нищета, которую они терпят сегодня, это не историческая необходимость. Скучают по лучшей жизни, которую, как они считают, у них отобрали.

    Максим Шпаченко рассказывал мне, сколько сегодня зарабатывает рядовой украинец. Меньше всего в Европе, в пересчете на твердую валюту — 140 долларов ежемесячно. Львиную долю этой платы поглощают молниеносно дорожающие коммунальные услуги, так что некоторые уже в начале месяца оказываются в минусе. Остается надеяться на неофициальные подработки, помощь родственников, например. Можно поехать на заработки за границу, в крайнем случае — попрошайничать. Не удастся пройтись по центру украинского города и не встретить нескольких человек, обычно пожилых женщин, просящих милостыню.

    Можно ли в такой ситуации удивляться, спрашивает Дмитрий, что украинцы попробовали всего — нищеты, эксплуатации, продажных политиков, финансируемых олигархами, отсутствия перспектив? Единство общества было искрой. Кто, в конце концов, понял, в чем дело с этим целым обществом? Не мирным шествием шли они на Майдан, были ожесточенные и способны на все. А это возбуждение было цинично использовано. Потому что Янукович перестал подходить олигархам. По прозаическим обстоятельствам не уважал господствующего порядка, поверил, что всесильный. Ведь встречался с президентами США и России, торговался с Брюсселем в деле освобождения Юлии Тимошенко. Поверил, что кроме того будет способен еще контролировать весь бизнес олигархии, легальный и нелегальный, и если не лично, то через доверенных — так называемую Семью. А если так, то все должно было обрушиться. Олигархи умеют защищать свое различными способами. Организация переворота? А почему бы и нет? Речь идет об управляемых неправительственных организациях, оплате лидерам, обеспечении соответствующего сопровождения в медиа и в интернете, создании Правого сектора и других агрессивных организаций, в том числе обычных фашистов?

    Но не только, говорит Дмитрий. Майдан несколько раз уже начинал расходиться, люди теряли веру в победу. И что тогда? Именно тогда делалось что-то драматическое. Люди снова чувствовали гнев. Оставались, хотели воевать дальше.

    Дмитрий не намерен защищать Януковича. Это был преступник, повторяет он несколько раз. Когда мы идем в сторону Майдана, специально ведет меня в обход, чтобы показать, где верные президенту подразделения «Беркута» кидали людей в автомобили и вывозили в неизвестном направлении. Но это не меняет факта, что о ходе событий вокруг Майдана мы не знаем всего. Кто на самом деле принимал решение в критические дни? Или кто-то не подсунул Януковичу катастрофических решений? Или мы не имели дела с ужасной провокацией? Дмитрий, ставя эти вопросы, прекрасно знает, что ответа не дождется.

    Возмущенные люди с Майдана также не дождутся лучшего будущего. Все поводы к возмущению, которые они имели два года назад, и дальше актуальны. Только теперь уже наверняка никто не займется развязыванием общественных проблем, говорит Дмитрий с грустью, которую прячет под профессионализмом политолога. Президент Порошенко и правительство, вполне через него управляемое, имеют знаменитую отговорку: они борются с российским вторжением. Очевидно, что лучше заниматься отпором врага, а не пенсиями, зарплатой, черным рынком. Порошенко легко прийти к выводу, что лучше будет, чтобы война на востоке не кончалась, чтобы даже там возникло второе Приднестровье. Сама собой уйдет проблема с местными жителями, которым свободная Украина ничего не дала, а значит, они смотрят с надеждой на Россию и верят, что она и есть старый добрый Советский Союз, где рабочий из Донбасса ни был бедняком, и его не унижали. Остальным украинцам дальше можно толковать, что ничего после Майдана не изменилось, поскольку Россия напала, нужно защищаться и воевать до победы. Покупают это? Покупают, говорит Дмитрий, такое объяснение слышат постоянно от медиа и от патриотических организаций, которые развиваются под патронатом спецслужб. За эффектным примером не нужно далеко ходить: когда известная Надежда Савченко вернулась из российской тюрьмы и публично призвала к подписанию мира, часть украинцев констатировала, что это уже не их героиня.

    В процессе нашей встречи Дмитрий несколько раз берет в руки телефон. У него сегодня еще дискуссия с людьми из социалистической партии. Он сотрудничает с ней, но на это смотрит без иллюзий. Левое направление в этой стране не имеет влияния, говорит. Окончательный удар нанесла ему декоммунизация. Союз Левых Сил? Действует с недавних пор, и мы увидим, что из этого получится. Уверен, что врагов всякая левая мысль на Украине имеет мощных, и не только правых боевиков. Чтобы быть в политике, просто нужно иметь деньги. Если бы принципы игры были прозрачные, должен же был хоть кто-то голосовать за левые группировки? Но нет. А все потому, что после 2014 года не изменилось абсолютно ничего. Те, кто стоял на Майдане или симпатизировал ему из своего города, ездят в Европу и  интересуются политикой, основывают неправительственные организации, пытаются в сети создавать собственные медиа, имеют пыл и непрерывно верят, что могут менять страну. А власть в лучшем случае не будет препятствовать. Зато те, которые не верят в Европу и не увлекаются наглой национальной риторикой, имеют чувство, что никто ими не интересуется и лучше не высовываться.

                         ***

    Наталья и Саша являются победной стороной. Когда я спрашиваю, считают ли они  себя украинскими патриотами, немедленно отвечают утвердительно. Заявляют это в конечном итоге ежедневно. Не возражают, чтобы в разговоре со мной пользоваться русским, но дома, а также среди коллег говорят на украинском языке, и радует их, когда кто-то еще на волне постмайдановского энтузиазма пытается пользоваться этим языком. Как место встречи предлагают закусочную, где персонал также говорит только по-украински, о чем говорит название со ссылкой на Львов. После Майдана такие названия сделались очень модными, даже если, как в этом случае, до Галичины далеко.

    Мы в Одессе, на Дерибасовской, в сердце Старого города. Только кириллица на табличках и рекламах напоминает, что мы не на популярном приморском курорте в Западной Европе. Кафе, рестораны, хорошо одетые люди, неплохие автомобили. Туристов больше, чем в Киеве. Ларьков с сувенирами тоже. Абсолютный хит – морские бескозырки, но Одесса толерантна, и лоточники зарабатывают на любом варианте: на Соборной площади одинаково продают и аксессуары с надписями по-русски, и красно-черные футболки с портретом Степана Бандеры.

    Саша считает, однако, что в Украине крайне правых группировок нет. Есть патриоты, утверждает. Агрессивных шовинистов, таких, которые действительно ненавидят другие народы, немного, даже если они стараются делать вокруг себя много шума. Лучше поговорить о позитивных инициативах. Например, о борьбе с коррупцией. Наверное, не искоренится она со дня на день, но с тех пор, как победил Майдан, растет число тех, кто со взяточничеством не мирится. Они демаскируют непорядочных чиновников, жадных врачей или преподавателей. Когда-то боялись, а теперь не сомневаются и пишут о взяточниках в интернете, строчат жалобы. И взяточники наказаны. Следующий чиновник уже задумается – брать ли? Наталья, студентка факультета журналистики Национальной Академия Права в Одессе, решительно говорит, что ей в вузе никто даже не намекал на взятку. Мало того, добавляет, на многих занятиях с первого дня преподаватель говорил: даже не пробуйте взяточничество, мы учимся честно.

    Итак, Наталья очень высоко оценивает честную работу. Она уже работает. Была стажером на «Радио Свобода», интернетовским оператором цифрового «Третьего», теперь пишет в одесское «Слово». Не боится за свои профессиональные перспективы. Знает, сколько молодых украинцев ежегодно едет искать счастья за рубежом, но верит, что медиа имеют в Украине будущее. Люди уже давно поняли, что крупные СМИ часто  подтасовывают или скрывают факты, непрерывно находятся под чьим-то влиянием. Ну, а молодые стараются создать собственное СМИ, хотят быть гражданскими журналистами, показывать в интернете, что происходит в действительности. В Украине достаточно курсов подготовки журналистов, организуемых через НПО, мастер-классов при участии зарубежных авторов.

    Саша изучает право, и на общественную активность имеет меньше времени. Зато быстро ориентируется в реформах. Например, знает последнюю, касающуюся его непосредственной сферы деятельности —  реформу судопроизводства. Радует его, что в Украину приглашают зарубежных юристов и экспертов. Не имеют опыта, не знают положений (в конце концов, некоторые положения меняются теперь так быстро, что Саша и его коллеги не успевают их изучать), но их задача состоит в чем-то другом: научить украинцев уважению к институтам  права. Без этого суды всегда будут примером абсолютной коррупции, погрязшими в договорняках с олигархами.

    Лучшая Украина возможна: относительно этого оба они не сомневаются. Украинцы изменились. Уже не будет так, что они не захотят ангажироваться, им будет не все равно, кто в Верховной Раде, кто в самоуправлении. То есть, благодаря людям и создаваемым ими обществам, перемены продолжатся. Поэтому, если речь идет о действиях, которые инициируются правительством,  толку не будет. Если речь идет об известном губернаторе Одесской области Саакашвили, тоже нет. Приехал, привез своих сотрудников, много пообещал, охотно выступал в СМИ, сделал немного. Иногда даже больше имитировал, чем что-то создавал, как тогда, когда с размахом открыл в Одессе центр обслуживания граждан, дублирующий компетенции таких же учреждений, действующих уже в юрисдикции мэрии.

    Поэтому патриоты, настоящие, а не такие, как манифестанты, которые только украшают себя вышиванками, действуют сами, в своем окружении. Ибо все украинцы, по сути, хотят одного и того же. Нет разделения на тех, кто говорит по-украински или по-русски, нет границ между востоком и западом.

    Но что в таком случае произошло в Одессе 2 мая 2014-го? Кто поджег Дом профсоюзов, и почему вообще дошло до грубых беспорядков? Саша не хочет отвечать, в том числе и из уважения к праву, так как дело находится в суде. Вот суд ознакомится с показаниями свидетелей, выслушает противоречащие версии и решит, как было все на самом деле.

    Суд уже новый, реформированный, без судей из прошлой эпохи.

    Strajk.eu

  • Последствия соглашения с ЕС: Украина потеряла, как минимум, $1 млрд

    aadc55693417283cc18a8f4bd522a2b3_resize_w_1140_h_696

    В 2016 году убытки Украины от российского эмбарго составят примерно один миллиард долларов.

    Вследствие торговых ограничений, принятых Россией после присоединения Украины к зоне свободной торговли с ЕС, украинская экономика потеряет примерно один миллиард долларов. Об этом сообщила заместитель министра экономического развития и торговли Наталья Микольская.

    «По итогам 2016 года, по нашей оценке, из-за мер, введенных Россией, у нас будет потеря для экономики приблизительно $1млрд», – заявила Микольская.

    По ее словам, нужно помнить, что речь идет о прямых потерях – сокращение объемов экспорта и, соответственно, потери ВВП.

    «Есть статистика за пять месяцев. По экспорту у нас сокращение в РФ на 36,2% по сравнению с аналогичным периодом 2015 года. По Казахстану у нас падение в январе-мае уже 46,2%, или $136,4 млн», – сообщила Микольская.

    Напомним, российское эмбарго действует для украинских товаров с 1 января 2016 года. В ответ правительство Украины с начала этого года утвердило торговые контрмеры и запретило поставки российских продуктов питания, а также ряда других товаров, суммарная стоимость импорта которых соответствует стоимости запрещенного РФ украинского экспорта.

    Источник: Апостроф

     

  • Мелитопольские левые сохранили памятник архитектуры

    68452

    Стела «Этапы большого пути» не попадает под закон о декоммунизации. Следовательно, демонтировать ее, как того требует один из мелитопольских пенсионеров-активистов, власть не будет. К такому единогласному решению пришли члены комиссии, которые по жалобе Алексея Николаенко провели вчера выездное совещание непосредственно у стелы.

    Николаенко убежден,  что данное архитектурное сооружение содержит элементы пропаганды советского режима и его необходимо снести.

    Иного мнения оказались все члены комиссии. Заместитель председателя комиссии Павел Тимофеев зачитал историческую справку о происхождении сооружения и его содержании, подготовленную сотрудниками  краеведческого музея.

    Стела «Этапы большого пути», которая находится возле парка культуры и отдыха им. Горького на перекрестке улиц Героев Украины и Ивана Алексеева,  считается памятником искусства местного значения. Она была открыта 5 ноября 1967 в честь боевых и трудовых подвигов мелитопольцев за 50 лет советской власти. На ней несколько  барельефных изображений символизирующих разные даты. К примеру, события 1917 года скульптор  передал в виде  изображений крейсера «Авроры» и Петропавловской крепости, моряка, солдата и рабочей, идущих в атаку; 1920 год представляет красноармеец; 1936 год — рабочий у наковальни, колхозница со снопом пшеницы, заводские корпуса; 1941-1945 гг. — воины с автоматами; 1967 г. — молодая мать с ребенком, юноша, космонавт, телевышка, солнце, модель атома.

    В 1971 году депутаты  исполкома Запорожского областного Совета взяли данное сооружение под охрану (охранное обязательство № 126 от 4 августа 1971, балансовая принадлежность — горкоммунхоза), — указано в справке музея. 

    Историки пришли к выводу, что стела, как произведение монументального искусства местного значения, не попадает под действие Закона Украины «Об осуждении коммунистического и национал-социалистического (нацистского) тоталитарных режимов в Украине и запрет пропаганды их символики».

    Первым в ее защиту выступил член комиссии Тарас Генов:

    «Предлагаю отклонить жалобу Алексея Николаенко, оставить стелу на месте и не трогать ее в будущем», — заявил представитель мелитопольских левых политсил.

    Заместитель мэра Иван Федоров предложил считать «Этапы большого пути» архитектурным сооружением, не попадающим под закон о декоммунизации. Его подержали все члены комиссии.

    РИА Мелитополь

  • В Украине снова вырастут тарифы на свет для населения

    384662245

    Для большинства потребителей цены вырастут почти в 1,3 раза. Через две недели, с 1 сентября 2016 года, в Украине планово вырастут тарифы на электроэнергию для населения.

    Цены для большинства потребителей вырастут почти в 1,3 раза. За 1 кВт/ч придется платить 0,714 гривны (в случае потребления до 100 кВт/ч) и 1,29 гривны (в случае потребления свыше 100 кВт/ч). А уже с 1 марта 2017-го должен состояться последний из запланированных рост цен: за 1 кВт/ч придется платить 0,90 гривны (в случае потребления до 100 кВт/ч) и 1,68 гривны (в случае потребления свыше 100 кВт/ч).

    ТСН

  • На Сумщині СЛС виборює право місцевих жителів на доступне медичне обслуговування. ТРК ATV

    Вже 2 роки жителі вул. Добровільної просять у влади амбулаторію. До найближчої лікарні декілька кілометрів, які треба долати пішки або маршруткою з двома пересадками. Людям дають обіцянки, але нічого не будують.

    Голова Сумської обласної організації СЛС Олег Ісаєв звернувся до керівництва регіону, перш за все, до мера Олександра Лисенка із вимогою забезпечити виконання права місцевих жителів на доступне медичне обслуговування.